Клиническая психология& nbsp;Статьи

Травмы головного мозга и посттравматические психозы

Травмы головного мозга и посттравматические психозы.

имптоматика травматического поражения мозга зависит от локализации, формы (сотрясение, ушиб, сдавление) и выра­женности дефекта мозга. При сотрясении мозга (commotio cerebri) преимущественно поражаются основание мозга и ство­ловая часть с последующим нарушением общей гемодинамики и ликвородинамики мозга. При ушибе мозга (contusio cerebri) происходит локальное повреждение сосудов и вещества мозга на поверхности полушарий. Этому соответствуют массивные выпадения корковых функций. Следует учитывать, что в боль­шинстве случаев наблюдается сочетание ушиба и сотрясения. Некоторыми особенностями отличаются органические рас­стройства у больных, спасенных от самоповешения.

Общими закономерностями течения любой травмы являют­ся стадийность и склонность к регрессу психопатологической симптоматики. Непосредственно после нанесения травмы на­блюдается нарушение сознания (вплоть до комы). Продолжи­тельность коматозного состояния может быть различной (от нескольких минут и дней до нескольких недель). Часть боль­ных погибают, не приходя в сознание. В более легких случа­ях нарушение сознания выражается оглушением. Описаны слу­чаи отставленного (возникшего через некоторое время после травмы) нарушения сознания. Обычно в этих случаях следует исключить нарастающую гематому.

 

После восстановления сознания можно наблюдать различные расстройства, относящиеся к экзогенному типу реакций, — выраженная астеническая симптоматика, вестибулярные нару­шения, тошнота, нарушения внимания, памяти. В остром периоде травматической болезни возможно возникновение психозов с помрачением сознания (сумеречное расстройство, делирий, значительно реже онейроид), галлюциноза, корса-ковского синдрома, депрессий с раздражительностью или эй­фории с конфабуляциями, приступов несистематизированного бреда. Острые травматические психозы склонны к волнообраз­ному течению (симптоматика усиливается в вечернее время), отличаются непродолжительностью, склонностью к самопроиз­вольному разрешению. После длительной комы и при неадек­ватных реанимационных мероприятиях возможно возникнове­ние апаллического синдрома (результат декортика­ции) с полным отсутствием контакта с больным при сохран­ности некоторых рефлексов, наличии способности самостоя­тельно глотать.

В период реконвалесценции происходит посте­пенное улучшение состояния, хотя в некоторых случаях пол­ного восстановления утраченных функций не происходит. В те­чение нескольких месяцев после перенесенной травмы сохра­няются выраженные соматовегетативные расстройства (голово­кружение, тошнота, потливость, головные боли, тахикардия, утомляемость, чувство жара) и общемозговая неврологическая симптоматика (нистагм, нарушение координации движений, тремор, неустойчивость в позе Ромберга). Вероятнее всего, данные явления объясняются временным нарушением гемо- и ликвородинамики. У большей части пациентов завершение периода реконвалесценции приводит к полному восстановле­нию здоровья, однако перенесенная травма может накладывать отпечаток на особенности психологического реагирования па­циента на стресс (повышенная ранимость, раздражительность) и вызывать изменения толерантности к некоторым лекарствен­ным средствам и алкоголю.

У части больных травматическая болезнь приобретает хро­ническое течение. В зависимости от тяжести органического дефекта в периоде отдаленных последствий трав­мы описывают состояния церебрастении и энцефалопатии. Признаками посттравматической церебрастении являются мяг­кие невротического уровня психические расстройства — повы­шенная утомляемость, частые головные боли, нарушения сна, расстройства внимания, раздражительность, ипохондрические мысли. Характерно улучшение состояния после отдыха, одна­ко любая новая нагрузка вновь вызывает резкую декомпенса­цию. Посттравматическая энцефалопатия проявляется отчетли­выми признаками стойкого органического дефекта — стойким расстройством памяти (корсаковский синдром), снижением интеллекта (вплоть до тотального слабоумия), эпилептически­ми припадками (обычно парциальными или вторично-генера­лизованными). Типичным проявлением энцефалопатии явля­ются изменения личности по органическому типу ) с нарастанием мелочности, торпидности, упрямства, злопамятности и одновременно вспыльчивости, нетерпимости, эмоциональной лабильности, иногда слабодушия.

Описывают острые психозы, возникающие в отдаленном периоде травматической болезни. Типичные проявления таких психозов — периодически возникающие галлюцинации, пси­хосенсорные расстройства, эпизоды дереализации. При этом галлюцинации (обычно истинные) довольно стереотипны, просты по содержанию. Нередко психотические эпизоды при­нимают форму пароксизмов. Некоторые бредовые высказыва­ния больных тесно связаны с расстройствами памяти и интел­лекта, больше напоминают конфабуляции. Галлюцинаторно-бредовые эпизоды обычно нестойки, но могут повторяться с определенной периодичностью. Возможно, причиной психо­зов являются временные нарушения ликвородинамики. Более стойким расстройством может быть депрессия, иногда сохра­няющаяся в течение многих месяцев. Однако постоянного нарастания симптоматики при травматической болезни не на­блюдается.

Больной 25 лет в связи с нелепым поведением был переведен в психиатрическую больницу из отделения неврологии больницы об­щего профиля. Из анамнеза известно следующее: наследственность не отягощена. Больной является старшим из 2 детей; отец бывший офи­цер, требовательный, временами деспотичный; мать — домохозяйка. Раннее развитие без особенностей. Учился хорошо, после оконча­ния школы поступил в Рижское высшее военно-авиационное учили­ще. Успешно закончил его и работал на авиационном заводе. Со­матически был здоров, алкоголем не злоупотреблял, жил с родите­лями и братом.

В возрасте 22 лет, находясь за рулем в состоянии алкогольного опьянения, получил тяжелую черепно-мозговую травму, 20 дней находился без сознания. По выходе из комы наблюдались наруше­ние речи, параличи, лечился по поводу перелома бедра. В течение последующих нескольких месяцев восстановилась речь, начал ходить. Уволен из Вооруженных сил. Была оформлена инвалидность 2-й груп­пы. Врачи предложили постоянно принимать психотропные средства (финлепсин и нозепам). В дальнейшем стойко сохранялись грубые интеллектуально-мнестические расстройства и резкое изменение лич­ности со снижением критики. Не понимая тяжести имеющихся на­рушений, пытался устроиться на работу по специальности, посещал платные курсы менеджмента и английского языка. Отказывался от предлагаемой ему неквалифицированной работы. Был раздражителен и вспыльчив. Жаловался матери на отсутствие регулярной половой жизни. За полгода до настоящей госпитализации прекратил прием рекомендованных средств. Вскоре появились тревога и бессонница. Заявлял, что родители мешают ему жениться; не ночевал дома, зло­употреблял алкоголем. Обвинил мать в сожительстве с его младшим братом, требовал близости от матери. За месяц до поступления в клинику был избит и ограблен на улице. Несколько дней провел в больнице. В этом периоде возник бред преследования. Ничего не помнил о произошедшей драке. Утверждал, что его преследуют го­мосексуалисты; считал, что его изнасиловали сосед, командир во­инской части и его отец. Часто ездил на вокзал, садился в элект­рички для того, чтобы наблюдать за незнакомыми девушками. Запи­сывал в блокнот, как они одеты; полагал, будто все они проститут­ки. Изредка отказывался принимать пищу, считая ее отравленной. Отказывался одеваться, подозревал, что ему подменили одежду. В таком состоянии был госпитализирован в неврологический стаци­онар, где грубого нарушения неврологических функций не выявле­но. Нелепые высказывания больного, отказ от приема лекарств, бес­сонница и беспокойство по ночам послужили основанием для пере­вода в психиатрическую клинику.

При поступлении напряжен, подозрителен, осторожно озирается по сторонам. Прежде чем сесть, внимательно осматривает сидение, интересуется именами всех собеседников. Правильно указывает чис­ло, месяц, год, но затрудняется назвать день недели. На все вопро­сы врачей о его состоянии напряженно отвечает, что совершенно здоров. Отмечает некоторые трудности с памятью, однако считает, что должен работать. Не может запомнить имен врачей, ничего не помнит о произошедшей недавно драке, настойчиво отрицает, что был избит. При трактовке пословиц и поговорок демонстрирует кон­кретность мышления. Предоставленный сам себе, тревожен, неусид­чив, не удерживается в палате. Жалуется на «плохую атмосферу» в клинике, так как у врачей и больных «выпучены глаза». И его глаза тоже «надулись так, что могут лопнуть веки». Отказывается от при­ема пищи, заявляя, что в пищу «что-то подсыпали». Угрожает раз­бить стекла на окнах, отказывается от приема лекарств и инъекций. Из неврологических расстройств отмечается лишь отчетливая дизарт­рия; парезов и параличей нет.

Проведено лечение финлепсином в сочетании с небольшими до­зами нейролептиков (галоперидола и неулептила). В качестве неспе­цифической терапии проводились инъекции сульфата магния, ноот-ропила и витаминов группы В. Значительно уменьшилась тревога, дезактуализировались бредовые идеи. При выписке не мог вспомнить ничего о своем неправильном поведении при поступлении. Стойко сохраняются нарушение памяти, интеллекта и снижение критики.

Лечение больных с черепно-мозговой травмой предполагает в остром периоде соблюдение покоя (в течение 2—4 нед), назначение дегидратационной терапии (сульфата магния, диа-карба, лазикса, концентрированного раствора глюкозы), ноо-тропных препаратов (аминалона, ноотропила, энцефабола, це-ребролизина). Для уменьшения раздражительности, коррекции расстройств сна назначают транквилизаторы (феназепам, диа-зепам и др.). В случае возникновения эпилептиформных паро­ксизмов назначают противосудорожные средства (фенобарбитал, карбамазепин). Следует учитывать, что карбамазепин (финлеп-син) способствует стабилизации настроения больных, предот­вращает раздражительность, вспыльчивость, смягчает психопа-топодобные проявления при посттравматических изменениях личности, может быть назначен и при отсутствии пароксиз-мальной симптоматики. При психозах вместе с общеукрепля­ющими и ноотропными средствами назначают нейролептики. Следует учитывать довольно высокую вероятность возникнове­ния побочных эффектов нейролептиков, поэтому данные сред­ства назначают в сочетании с корректорами в относительно низких дозах. Предпочтение отдается препаратам с меньшим количеством побочных эффектов (хлорпротиксен, неулептил, сонапакс, аминазин, азалептин). При депрессии назначают антидепрессанты с учетом возможных побочных эффектов.